Плакала природа о своём
(мало ли у ней причин для грусти),
Съёжилась столица под дождём
И дрожал от ветра каждый кустик.

Сыро. Слава Богу, зонтик взял!
Без него теперь не прогуляться.
Я на Новодевичье шагал,
Чтобы кое с кем там повидаться...

На Брунова снова посмотреть,
Вспомнить его шутки и куплеты...
К Шукшину, к Вертинскому поспеть.
До закрытья. Жалко, что их нету.

Сколько здесь талантливых мужчин!
Творческих. И незабвенных леди.
Чистых, светлых лиц, а не личин
На века прописанных соседей.

Легион достойных земляков.
А вдали - по видимой причине
Строго в ряд стояла из венков
Очередь, как будто в магазине.

Это не "ещё один клиент"
Разместился в вечной своей койке - 
Первый и последний президент
СССР. И папа Перестройки.

Я, признаться, встретить был готов
Тех, кто был к нему не равнодушен.
Но ни слёз, ни реплик, ни плевков
На своём пути не обнаружил.

Плавненько зашла его звезда.
Рады мы тому или не рады,
Он ушёл успешно от суда,
Но, увы, не избежал награды*.

Он для пародистов был герой.
(Поиграли с образом - и будет...)
Я и сам цитировал порой
Эти его "нАчать" и "углУбить".

Впереди его дорога ждёт
Без людских проклятий и оваций.
А Господь куда-нибудь пошлёт,
Но уже без наших "консультаций"

*15 октября 1990 года Нобелевский комитет присудил премию мира Михаилу Горбачёву.